Переписка знакомства павел чухно

Корни мои кубанские-4 (Андрей Альтов) / Проза.ру

переписка знакомства павел чухно

Павел Васильевич приехал в Томск после окончания аспиран- туры при Московском Знакомство с его биографией не может не вызывать чувство. С. 12; Чухно А. В. . знакомстве с Ф. Р. Козловым до г. . при помощи переписки с Советами народного хозяйства РСФСР и СССР, Высшим . авиапромышленности и член СНХ в - гг Павел Денисович Хижняк. и центральных (приказы, постановления, инструктивные письма министерств, знакомство с их научными трудами, которые публиковались в различных формах Сорокин Ю.А. Российский император Павел I. Томск , Чухно Т.А. Идейно-теоретические основы исторической концепции Теодора.

По данным СМИ, компания работает в убыток, черпая средства из дейтинговых доходов своего создателя, пишет Антикор. На пике популярности стоимость дейтинговых активов компании Полякова Cupid plc. Как акушеру-гинекологу из Запорожья именно так будущий бизнесмен начинал свой путь к успеху удалось заработать миллионы долларов на знакомствах в интернете? Этой темой заинтересовались украинские и иностранные СМИ.

Журналисты провели расследование и нашли ответ — все дело в роботах. Еще в Запорожье Max Polyakov создал компанию Cupid plc. В м доход компании от дейтинга составил ,4 млн долларов, а капитализация достигла ,9 млн долларов. После скандала в СМИ в м году, бизнесмен продал активы компании. Как оказалось позднее, своему же детищу — холдингу Together Networks.

На самом деле таким образом Поляков попросту избавился от своего партнера по Cupid — Билла Добби, чтобы получить полный контроль над созданной империей. Сегодня холдингу принадлежат 9 сайтов: Начав работу с компанией NSI Holdings, компания стала создавать новые сайты: Все эти сайты официально входят в холдинги Полякова.

На самом деле дейтинговая империя бизнесмена намного шире. Поляков запускает множество параллельных проектов, среди которых локальные сайты знакомств для пользователей из США, Франции, Германии, Великобритании и других стран.

Эти ресурсы не входят в состав холдинга, но разработаны и обслуживаются одними компаниями. Техническое обслуживание всей дейтинговой империи происходит из Украины.

При этом посетить сайты знакомств украинско-американского бизнесмена из Украины не так. Все они заблокированы в украинском сегменте интернета. В этот день у Левитана было обычное дикторское дежурство. Он объявлял передачи, читал выпуски последних известий. День был воскресный и передачи шли, в основном, развлекательные.

Но примерно за десять минут до 12 часов в радиокомитет позвонили из Кремля. Через несколько минут будет передано важное правительственное сообщение И снова этот настораживающий текст Снова позывные и снова объявление. В студию в сопровождении председателя радиокомитета пришёл первый заместитель И. За полминуты до двенадцати Левитан объявил: Работают все радиостанции Советского Союза!

Молотова, выступившего с Заявлением Советского правительства. Нарком был взволнован, он вообще слегка грассировал, но на этот раз заикался больше обычного После окончания передачи Молотов поблагодарил Левитана и сказал, что теперь он должен несколько раз через короткие интервалы прочитать Заявление Советского правительства Юрий Левитан читал это Заявление девять.

переписка знакомства павел чухно

Потом шёл в эфир Указ о мобилизации. Вся программа менялась на ходу. Страна с первого же дня начинала жить по суровым законам военного времени. Он стал личностью легендарной.

Знакомство с роботом. Макс Поляков заработал миллионы на дейтинговом мошенничестве • SKELET-info

А тогда, в тот июньский день, мы быстро привели себя в порядок и побежали в школу, к Александру Михайловичу. Известие нас потрясло — мы ещё веселились, а граница уже полыхала в огне. Но мы были уверены, что в Германии немедленно восстанут рабочие, что наша могучая авиация в ближайшие часы разбомбит Берлин и другие промышленные центры, что не сегодня-завтра немецкие полчища будут отброшены за рубежи нашей Родины, что дальше война перекинется на сторону противника В школе никого не.

Первый дом был директорский.

переписка знакомства павел чухно

Сиденко ещё ничего не. Это, может быть, тяжёлая и долгая война, — охладил он наш пыл Александра Михайловича в станице не оказалось. Его срочно вызвали в райком партии — готовились докладчики, которые должны вечером выступать на митингах.

Там он встретил и Дмитрия Алексеевича Островского. Он сказал — пусть простят ребята, приехать не смогу, теперь не до воспоминаний До сих пор сожалею, что эта встреча не состоялась. Сколько интересного, негде не опубликованного, мы могли узнать от человека, который прошёл всю жизнь рядом с нашим любимым писателем Николаем Островским и, как Артём, с одним из любимейших литературных героев Павлом Корчагиным.

Такого многолюдного митинга Ирклиевская не знала. Казалось, вся станица собралась на площади. Пришли жёны с мужьями, матери с детьми, пришли целыми семьями.

Тогда не было ни микрофонов, ни усилителей.

Соломенские избранники братья Шкуро и Максим Конобас гуляют… и не только в Киевсовете

Чтобы услышали все собравшиеся, Александру Михайловичу пришлось кричать. Всем хотелось услышать, что он скажет, и тишина была мёртвая. Только кое-где слышались детские голоса. Ребятня, особенно малышня, не понимала, зачем собралось так много людей и что такое война. Очень жаль, что я не могу пересказать речь Александра Михайловича, она была такой взволнованной, так заставляла души вздрагивать, что просто невозможно передать её содержание.

Когда он сказал, что уже завтра начнётся мобилизация военнообязанных годов рождения на территории почти всех военных округов, кроме Среднеазиатского, Забайкальского и Дальневосточного, в толпе послышался громкий плач, потом видел слёзы на глазах многих не только женщин, но и мужчин. Но мы отстоим свою Родину, дадим отпор фашистам, вышвырнем их с нашей земли, защитим наших жён, детей, матерей, стариков Митинг продолжался в клубе. Открыли окна, чтобы было слышно тем, кто остался на улице.

Люди стояли вокруг клуба под дождём. У каждого человека война началась по-своему. Для нас она началась у школьного порога, мы шагнули в страшную войну прямо из-за парты Как только мог я постарался успокоить маму, бабушку, братьев, что наша могучая армия скоро разобьёт врага и вышвырнет захватчиков с нашей земли.

Война кончится нашей победой уже в этом году, и мы будем жить, как жили, а, может быть, и. В тот же день написал и отнёс на почту письмо наркому обороны Мар-шалу Советского Союза Семёну Константиновичу Тимошенко. Я сейчас не помню во всех деталях, о чём я писал в том ещё очень наивном, пространном, но очень патриотичном письме, которое заняло целый развёрнутый тетрадный лист. Но суть его была в том, что по состоянию здоровья меня не призывают в Красную Армию, но я чувствую достаточно сил для того, чтобы принять участие в борьбе с фашистскими захватчиками и поэтому прошу меня направить добровольцем в Действующую армию.

Я ждал ответа, но тогда такие письма в наркомат привозили, видимо, мешками. Да и до ответов ли было На другой день — 24 июня отправил документы для поступления в Днепропетровский горный институт на геологоразведочный факультет. Почему я остановил выбор именно на этом институте? Ведь была пота-ённая мечта — стать журналистом — состоялась первая публикация.

Но были и сомнения — считал, что профессия журналиста требует особого таланта. Послав документы в Днепропетровский горный институт, очень скоро понял, что допустил грубейшую ошибку — фронт стремительно приближался к Днепру, город нещадно бомбила вражеская авиация Теперь мы жили от сводки до сводки командования. Потом — от утрен-них и вечерних сообщений Советского Информбюро. Первая сводка была горькой.

После жестоких боёв наши войска оставили Ковно, Ломжу и Брест. Это потом мы узнали о геройском подвиге пограничников, которые боролись со многократно превышающими силами гитлеровцев до последнего, гибли целыми заставами, о великой стойкости защитников Брестской крепости, которые продолжали сопротивляться ещё больше месяца, когда фронт ушёл на десятки километров на восток.

Сводный отряд пограничников под коман- дованием лейтенанта Паливоды нанёс врагу контрудар и пять дней удерживал Перемышль. На самом северном участке фронта в отрогах хребта Муста-Тунтури, на стокилометровом участке фронта немецко-финские войска так и не смогли перейти границу.

Но положение на фронтах становилось всё хуже и хуже. Уже на третий день войны наши войска оставили Вильнюс, 28 июня после тяжёлых боёв гитлеровцы ворвались в Минск, 30 июня — во Львов.

  • Корни мои кубанские-4
  • Знакомство с роботом. Макс Поляков заработал миллионы на дейтинговом мошенничестве
  • Литературная Газета 6248 ( № 44 2009)

Отдохнув всего два дня занимался с Шуриком домашними делами, огородомя вышел на работу в колхоз. Работали с Виталием на бригадном току, крутили веялку, триер, очищали зерно, ссыпали пшеницу в мешки, которые потом грузили на подводы и отвозили на станцию Бурсак, на элеватор. Поэтому хлеб возили, в основном, на быках. Женщины-подводчицы по дороге вязали шерстяные носки — пока доедет до элеватора — один носок готов, а на обратном пути —.

Работали тогда, как говорили, от зари до зари, видимо, часов по двенадцать-тринадцать, а то и. На руках появились мозоли. Поэтому засыпали сразу, без раскачки и спали так крепко, что утром еле могли нас добудиться.

Дневники, том I

И снова — в поле, на ток Но так продолжалось недолго. Пойдёшь ко мне в помощники? Так я стал писарчуком. А дел, действительно, оказалось. Приходили письма, на которые надо было готовить ответы, писать по разным адресам. Жизнь заставила быстро входить в курс дела и скоро я разобрался, что к чему. Как-то само собой получилось, что я стал агитатором — каждый день рассказывал работающим в конторе, а затем и на ближайшем, за околицей, току о положении на фронтах. Детские путешествия по карте, закреплённые на школьных уроках, помогли мне легко ориентироваться в обстановке.

А дела на фронтах с каждым днём становились всё сложнее и опаснее Станица жила своей обычной вполне мирной, внешне спокойной жизнью, убирала урожай, отправляла обозы с пшеницей на станцию Бурсак, только отличал их кумачёвый плакат на первой подводе: Бросалась в глаза такая особенность — в станице, казалось, стало больше женщин — только они и встречались на улицах и в поле, мужчин почти не осталось — одни старики, давно вышедшие из призывных возрастов.

Потом стали появляться и военные приметы. Как-то ночью донеслись глухие удары, словно короткие раскаты грома, они несколько минут грохотали где-то. Потом узнали — это бомбили Тихорецк — крупный железнодорожный узел. В школах и в колхозах стали проводить занятия по противовоздушной обороне, для этого привлекались те, кто имел значки ПВХО.

Пришлось проводить такие занятия и. Приносил на ток плакаты — силуэты наших и вражеских самолётов, буклеты об отравляющих веществах, рекомендовал рыть во дворах щели — укрываться в случае бомбёжки или военных действий.

Мы с Виталием вырыли в зарослях акации, рядом с нашим домом и летним куренем свою щель, даже, пожалуй, целый блиндаж. Нам впервые пришлось рыть глубокую яму под деревьями и с первых штыков поняли, насколько это трудно — земля со всех сторон была густо переплетена корнями.

Но, в конце концов, пробились до двухметровой отметки, сделали перекрытие, ступеньки. Она служила летним погребом, там было прохладно даже в жаркий день После того, как был оставлен Днепропетровск, когда я уже навсегда распрощался со своим аттестатом, произошло совершенно неожиданное событие. Я пришёл домой обедать и мама сказала, что зав.

Я тут же помчался на почту — думал, что прислали ответ из наркомата обороны. Я не стал торопиться до-мой, открыл конверт. Там был вчетверо сложенный мой аттестат. Я был бесконечно рад. Дома, когда я принёс письмо, тоже все были удивлены и обрадованы возвращению дорогого для меня аттестата. Тем более, что маме не очень-то хотелось, чтобы я стал геологом. Долго листал справочник для поступающих в институты и техникумы.

Одно время возникала шальная мысль поступить в Красноводский нефтяной техникум, где был геологоразведочный факультет, но потом забросил справочник и отогнал от себя желание учиться, пока идёт война. Вот кончатся бои, отпразднуем победу и тогда не поздно будет поступать, куда надумаешь Фронт угро-жающе приближался к столице и сжималось кольцо блокады вокруг Ленинграда. Сражалась в полуокружении Тула. Для нас особенно опасным было южное направление — гитлеровцы остервенело рвались к Ростову — донской город стоял у ворот Кавказа, отсюда открывалась дорога к нефтяным промыслам Майкопа и Грозного, и дальше — до Баку Нашим войскам пришлось оставить Таганрог, а от него до Ростова меньше ста километров.

Стали формировать истребительный батальон для борьбы с вражескими десантами и охраны мостов и других важных объектов и в нашем районе. Волновался — включат ли меня в состав Ирклиевского взвода, в который входило и Балковское отделение командиром был назначен председатель станичного совета Кондратьев. Но к моей радости на работу ко мне пришла посыльная, дала список и сказала: Я прочитал — явиться к такому-то часу в стансовет на первый сбор Балковского отделенияподпись — командир Ирклиевского взвода И.

Нашёл свою фамилию и расписался. В списке были знакомые фамилии — 12 человек — местные коммунисты и комсомольцы. Помню Федю Шевцова, Васю Бондаря скоро все они отправились на фронтСтепана Липовца, остальные фамилии, к сожалению, забылись. На сборе, который был по-военному коротким, Орехов сказал, что балковцам поручается охрана в ночное время двух объектов — моста через Бейсужек и станичного Совета колхозные объекты стерегли сторожа.

После ночного дежурства — отдых до обеда. Завтра доставим вам оружие Один вместе с ответственным дежурным охранял стансовет, а трое охраняли греблю и мост. Потом два дня отдыхали, а на третий снова на пост. Оружие и патроны привезли, как и обещал Орехов, на другой день — шесть старых мосинских трёхлинеек со штыками и шесть английских карабинов. Раз в месяц проводили за станицей стрельбы. Ночью останавливали очень редкие машины, проверяли путевые листы, интересовались, кто, куда, зачем едет.

Однажды днём собрали по тревоге. Кондратьев сообщил о том, что позвонили из штаба. В районе полевого аэродрома недалеко от разъезда Газырь замечены подозрительные люди. Когда поняли, что их засекли, скрылись в высоких зарослях кукурузы. На колхозной полуторке отправились в сторону Газыря.

Собралось, видимо, человек сорок-сорок. Тщательно прочесали окрестности аэродрома, все кукурузные и подсолнечные поля, просмотрели все овраги, но никого не обнаружили. Там впервые увидели истребители ЯК, стоявшие в капонирах Уже в июле стали приходить похоронки.

Чуть ли не первой принесла почтальонка у нас её называли почтарка такое письмо нашей соседке Моте Кривчак. Её муж — председатель колхоза имени Ильича ушёл на фронт на второй день войны.

Крепкая, миловидная, типичная казачка, Мотя ничем не выделялась, работала наравне со всеми. Тяжело перенесла своё горе, но не пропустила на работе ни одного дня. Женщины жалели её, уговаривали отдохнуть день — другой, но она сказала, как отрезала, что среди людей ей легче. Однажды я принял телефонограмму тревожного содержания. Насторожил прежде всего гриф: Конечно, дословно не помню.

Но суть была в том, что надо в трёхдневный срок подготовить бригаду из тридцати человек физически крепких колхозников для выполнения земляных работ на специальном строительстве. Обеспечить необходимым количеством продуктов для одноразового питания, посудой, закрепить кухарку.

Время выезда и место явки будет сообщено дополнительно. И снова строгое указание — никому не показывать, ни с кем об этом не говорить, вручить лично Шатохину.

Вечером, когда в правление вернулся Сафрон Григорьевич, он прочитал телефонограмму, почесал затылок, произнёс свою сакраментальную фразу: На токах детишки да старухи работают Я протянул ему список. Он молча взял карандаш, начал читать. Первой вычеркнул мою фамилию, потом ещё две-три. Комсомольцы едут, а я — в конторе И на-счёт тебя посоветуемся Но список всё-таки утрясли. Я в списке остался. Назначили бригадира и кухарку, дали задание завхозу подготовить инвентарь, плотникам поручили срочно сколотить носилки Тогда и вспомнили — это как раз то место, где ходили по степи военные инженеры.

Нас встретили в поле. Земля была расчерчена, размечена колышками, между которыми был натянут шпагат. Обратил внимание, что ров шёл не прямолинейно, а изгибался на скатах холмов. Потом узнали, что участки от изгиба до изгиба назывались фасами Командир с кубиками на петлицах — знаками различия техника-лейтенанта, видимо, старший тут, и младший командир с тремя треугольниками помкомвзвода собрали бригадиров, сразу назначили звеньевых, одно из звеньев досталось.

А затем нам стали объяснять задачу — рыть противотанковый ров, который должен был остановить или замедлить продвижение танков противника и таким образом создать условия для уничтожения их артиллерийским огнём.

Техник-лейтенант развернул схему — поперечный разрез рва. Надо было рыть до глубины два метра. Верхнее расстояние между бортами — семь метров, на дне — три метра. Мы поинтересовались, какая норма. Показалось, что не так и. С энтузиазмом приступили к работе. Сначала надо было рыть середину, а потом делать откосы.

Прошли первый штык, начали второй. Но чем глубже, тем становилось труднее Дальше пришлось рыхлить землю ломами. Руки с непривычки ныли, ладони горели, брезентовые рукавицы не очень-то спасали. Но я был рад, что работал вместе со своими товарищами. Позднее прочитал стихи комсомольского поэта Сергея Чекмарёва: Я буду там, где должен быть, Куда поставит класс! Но мне нигде не позабыть Сиянья серых глаз А серые глаза были почти. Только в другом звене. Я всё время видел Дашу в надвинутом почти до глаз белом платочке.

Но Даша всё время старалась так идти, так останавливаться, чтобы я её. Вместе с двоюродной сестрой Раей она относила землю на отвал, за черту рва.

С ними работала и Рая Шатохина — дочь председателя колхоза. В один из перекуров я подошёл к Даше. Она протянула мне свои красные ладошки. Я осторожно погладил их, ощутил бугорки мозолей. Они работали без рукавиц — так им казалось удобнее Я согласно кивнул, хотя даже и мысли не возникало после земляных работ просить её о свидании.

А она всё решила сама Милая моя девчонка, дорогая моя хохотушка Конечно, к концу дня, а он продолжался почти до сумерек, все мы устали от непривычного тяжёлого труда. Но любовь ещё робкая, только начинающаяся, словно давала второе дыхание. Наскоро умывшись, перекусив и перелистав газету, я пошёл, почти побежал по тропинке через площадь, на дашину улицу.

Сколько было поперечных улиц, не помню Но две знаю точно — главная — на западной стороне площади. Главная — на ней был станичный совет, правление колхоза, магазин, почта, вела к мосту, по ней шла профильная дорога из Ирклиевской на станцию Бурсак Саманная хата дашиных родителей стояла примерно в центре улицы, рядом с амбулаторией, где хозяйничал фельдшер, которого все звали доктором, Иван Фёдорович Гурьев.

Даша ждала меня у калитки. Мы сразу прошли в сад, к небольшому шалашу. В отличие от нашего двора, дом и сарай у них стояли на середине двора, разделяя его на две половины, с одной стороны был огород, а с другой сразу начинался сад.

О чём мы говорили — не помню. Скорее всего, о всяких пустяках, о прожитом дне — первом на строительстве оборонительного рубежа, о товарищах и подругах.

Я гладил её натруженные руки, она. Первые дни были самыми трудными. Хотя грунт был легче — земли были, в основном, паханные. Дальше было сложнее — уплотнившаяся земля, а потом — глина. Только на четвёртый день одно из трёх звеньев то, в котором работала Даша выполнило, оказавшуюся очень тяжёлой, норму.

Оно же первым дошло и до подошвы рва. А наше звено, а затем и третье выдюжили норму только через неделю. Несмотря на большие трудности, ров постепенно становился всё. К нам на помощь пришли мальчишки и девчонки из восьмых-десятых классов. Вместе с ними выходили на трассу учителя. Мы с Дашей были рады.

Однажды в самый разгар рабочего дня с севера послышался гул моторов. Прислушался — звук не однотонный, а тяжелые прерывистые вздохи Скоро появились в небе точки, которые увеличивались, приближались со зловеще усиливавшимся гулом. Укрылись в глубине рва, стали смотреть.

Летели нагло, без прикрытия, на небольшой высоте, видимо, метров шестьсот-семьсот, а, может быть, и меньше Летели спокойно, сознавая, что им ничто не угрожает. Смотрю, где Даша, их звено отодвинулось теперь. Сестрички обнялись, с тревогой вглядываются в ставшее вдруг опасным небо. Но немцы тратить бомбы на нас не стали.

переписка знакомства павел чухно

Мы с ужасом следили — не начнут ли бомбить Балковскую, но они пошли дальше к югу, в сторону станции Бурсак. Однажды, в обеденный перерыв пошёл по трассе в сторону, где работали ирклиевцы. Всех очень тревожило положение под Москвой, под Ленинградом и особенно на Южном фронте, где немцы были почти у стен Ростова, нависали над Кубанью.

После того, как 16 ноября наши войска оставили Керчь, угроза Кубани нависла и со стороны Крыма Что я мог ответить им, когда в то суровое время трудно было сказать, что будет завтра Как мог успокаивал, что-то говорил о том, что через Дон немцев вряд ли пустят Распрощались и не думали о том, что в следующий раз встретимся с Верой только вскоре после войны, а с Лидой, Васей, Машей спустя тридцать лет На стройке работали многие тысячи людей, даже, пожалуй, сотни тысяч — как потом узнали — оборонительный рубеж тянулся от Краснодара на сотни километров почти до самого Сталинграда.

Участки постепенно состыковались, ров становился всё длиннее. Но работы предстояло ещё. Их тоже было видно издалека с наших холмов — вдали копошились небольшие фигурки. Такими же они, видимо, видели нас С середины сентября жизнь наша усложнилась — зарядили дожди. Когда они просто моросили, продолжали копать, хотя глина налипала на обувь, на лопаты, мокрыми, скользкими стали трапы, ходить по ним было небезопасно.

Когда дождь набирал силу, прятались под гарбой, накрытой большим брезентовым пологом. Но под пологом то ли от сырости, то ли от ветерка, становилось прохладнее Девчонки, сбившись в кучку, чтобы было теплее, отогревали себя песнями. Песни пели и когда ехали на работу и когда возвращались домой. В связи с тяжёлыми земляными работами меня и ещё троих ребят помню только одного — Степана Липовца освобождали от дежурств. Осень была дождливой и на пост мы ходили в длинных брезентовых плащах с капюшонами.

Иногда дождь лил всю ночь и к утру становилось холодно от осенней сырости. Но мы держались стойко, хорошо сознавая свалившуюся на нас ответственность. Дежурили до тех пор, пока станица оживала и на мосту начиналось движение. Шли в станичный совет, отмечались у ответственного дежурного и отправлялись по домам, отдыхать. Однажды нас собрали по тревоге. Куда дальше — не сообщили.

Рано утром, ещё только начинало светать, а в конце сентября светало позднее, чем в летние месяцы, мы, стараясь поменьше привлекать к себе внимание, оседлали лошадей и поехали по ирклиевской дороге. У меня была относительно спокойная кобылка Химка именно на ней ездил, когда проводили рейд по проверке колхозной охранырыжая, строевого роста. От семейных портретов остались одни лохмотья. К счастью, хозяйка квартиры была в больнице, иначе в сводках происшествий одним погибшим могло быть. Статья 40 Конституции РФ гласит: Исходя из этой нормы, бедную женщину мгновенно окружили вниманием и заботой социальные и правовые структуры?

Ей предложили побыть в санатории до приведения в порядок её разрушенного жилища? Пообещали новую мебель, телевизор, постель с сухим бельём? Ни один мускул не дрогнул на лице бюрократическо-правовой системы. А вы, уважаемая, поживите пока где-нибудь, делайте ремонт и храните квитанции — если виновный откажется компенсировать причинённый вам ущерб, у вас будет возможность обратиться в суд.

Подобных житейских историй у каждого из нас наберётся с избытком. Три буквы как символ правового государства: Туда посылают оспаривать результаты уже утверждённых выборов, жаловаться на решения чиновников, а иной раз и просто глумливо: Складывается ощущение, что в нашем Отечестве наступило время не правоведов, а суетливых толкователей законов — обладателей знаний, навыков и чиновничьих укладов, которых назвать юристами можно только с большой натяжкой.